«Крайний» или «последний»?

Представьте сцену: коридор в поликлинике, кто-то обмахивается карточкой, кто-то устало присел на корточки, кто-то то и дело заглядывает в кабинет. Раздаётся вопрос: «Кто последний?» А из очереди звучит: «Не последний, а крайний!»

И в голове грамотного и вежливого носителя русского языка снова начинается вечный спор. Для одних «крайний» звучит привычно и даже более безопасно (никто не полезет исправлять, значит конфликты исключены), для других это очень странная и неуместная замена «последнему». Давайте же разберёмся, как говорить правильно, «крайний» или «последний».

Откуда взялся страх слова «последний»

Корни этого лингвистического суеверия уходят вглубь профессий, связанных с постоянным риском. Лётчики, космонавты, альпинисты, водолазы и военные — люди, чья работа напрямую зависит от капризов судьбы и техники. В их профессиональном слэнге слово «последний» приобретает мрачный оттенок. Последний полёт — это тот, из которого не возвращаются. Поэтому они заменили его на «крайний».

Для них это не просто слово, а своеобразный вербальный оберег, ритуал психологической защиты. И в рамках их суровой профессии это выглядит органично.

Проблема началась тогда, когда носители языка стали употреблять этот жаргонизм повсеместно.

«Это „кто крайний в очереди?“ вместо „кто последний?“ оказалось связано с тем, что жаргонные привычки перешли в общий язык, — объяснил в беседе с Vokrugsveta.ru доцент УрФУ, кандидат филологических наук Сергей ДАНИЛОВ. — Эта область жаргонизации связана с опасными профессиями — так говорят, чтобы не накликать беду. А когда это перенесли в „общий язык“, там не осталось такого значения, потому что нет опасности умереть».

Что говорят словари

Если мы откроем словари русского языка (от Даля и Ожегова до современных академических изданий), то увидим чёткую картину. В нормативной русской речи у этих слов принципиально разные значения.

Последний — это тот, который завершает ряд, идёт в самом конце, является новейшим или самым свежим на данный момент. «Последняя модель смартфона» не означает, что фабрика закрывается. Это значит, что новее пока просто нет.

Крайний — это тот, который находится на самом краю, сбоку. «Крайний дом на улице», «крайние меры».

Когда человек в очереди говорит «я крайний», с точки зрения чистой логики он утверждает, что стоит где-то сбоку. Но очередь — это последовательный ряд, у неё есть начало и есть конец. Тот, кто её замыкает, по всем законам русского языка — последний.

Вот только наше общество в этой ситуации почему-то начинает испытывать слабость к жаргону.

«Жаргонизация общества у нас была особенно заметна в девяностых годах, когда в филологической науке даже появилось такое понятие как „общий жаргон“, — говорит Данилов. — Лексика обеднела и стала иметь больше жаргонных черт. Таким образом, запускается круг быстрых замен, что для языка не очень хорошо. Поэтому здесь есть отторжение: носители литературной нормы выступают против этого выражения — „кто крайний?“».

Почему «последний» — это не страшно

У слова «последний» для рядового носителя языка никакой негативной коннотации нет. А если мы повсеместно заменим одно слово другим, то потеряем важные смысловые оттенки. Посмотрим, например, на классические произведения живописи и литературы. Представьте себе картину «Крайний день Помпеи». Или роман «Крайний из могикан». Звучит как плохой машинный перевод.

«Нет слова „крайний“ в значении „последнего“. Есть просто словарное значение „последний“, — заключает эксперт. — Вот выражение „крайний срок“ — там нет никакой ошибки. А если вы произносите „крайнее окно“, надо уточнять, с какого края оно находится».

Так что в обычной очереди совершенно нормально спросить: «Кто последний?» А если кто-то поправит вас на «крайний», спорить необязательно. Можно просто помнить: это профессиональная привычка, которая давно вышла за пределы профессий, где её когда-то придумали.

модельлюдисрокТООТ и ДОпереводдомязыксловаработапроблемаЧеловеккругочередьзамена